2018-11-11T16:46:19+03:00

Виардо пылко любила мужчин. Но с Тургеневым никакой страсти не было...

9 ноября мир отмечает 200-летие со дня рождения великого писателя
Поделиться:
Комментарии: comments18
Биография Ивана Сергеевича Тургенева полна любовных историй - женщины мигом попадали под его обаяние.Биография Ивана Сергеевича Тургенева полна любовных историй - женщины мигом попадали под его обаяние.Фото: ru.wikipedia.org
Изменить размер текста:

В канун юбилея на радио «Комсомольская правда» пришел Игорь ВИРАБОВ, биограф Ивана Сергеевича Тургенева - книга о нем в следующем году выйдет в издательстве «Молодая гвардия», в серии «Жизнь замечательных людей». Встретили его с распростертыми обьятьями: Игорь много лет проработал в «Комсомолке» в качестве редактора отдела культуры и заместителя главного редактора. А потом написал для той же серии ЖЗЛ «Андрея Вознесенского», несколько лет назад номинировавшегося на «Большую книгу».

Почему Тургенев никогда не женился? Неужели только из-за роковой любви к Полине Виардо?

00:00
00:00

ОН ЛЮБИЛ НАРОД НЕ НА СЛОВАХ. ЭТО ПОДТВЕРДИЛИ БЫ МНОГИЕ КРЕСТЬЯНКИ…

- В школах о Тургеневе начинают рассказывать с самого начала, с его детства - и обязательно с того, какая у него была страшная мать, самодурша, крепостница. Цитируют самого Тургенева: «Мне нечем помянуть моего детства, ни одного светлого воспоминания. Матери я боялся, как огня…» Салтычиха, в общем.

- То, что матушка Тургенева, Варвара Петровна, была извергом - это какой-то несчастный миф, который укоренился у всех в сознании. В основном он был создан и поддерживался самим Иваном Сергеевичем. На деле она была не более злобной крепостницей, чем все окружающие ее крепостники. Была самодуршей - но мы же все знаем разных самодурш, и в этом смысле она тоже не являлась чем-то выдающимся… К счастью, сохранилось больше сотни писем матери писателя к сыну, ее дневники, - они меняют представления о Варваре Петровне совершенно. Дело даже не в том, что она безумно любила сына - это, может быть, неудивительно. Она оказывается тонко чувствующей, умной, легко играющей словами - и страдающей жестоко. То есть, сочувствие вызывающей. А вот писем сына к матери - ни одного. Что за странность? А и это вряд ли случайно. Много чего в тургеневских архивах - то ли растерялось, то ли было с умыслом «подчищено» - и им самим, возможно, и его наследниками. Почему? Хотя бы потому, что письма слишком уж красноречивы - и противоречат многим мифам о Тургеневе.

Под конец жизни Тургенева позвали в Оксфорд, сделали почетным доктором, вручили мантию и шапочку - за что? За вклад в борьбу с русским крепостничеством. Имели в виду «Записки охотника». То, что эта книга Тургенева гораздо шире приписанного ей узкого смысла - значения не имело. В передовой интеллигенции распространилась мысль: зачем литература, если она не обличает? Вот и Тургенева стали приклеивать к больным для общества местам, как пластырь. Он не был против. Другое дело - стоило ли даже и во имя прогрессивной либеральной мысли представлять свою маменьку исчадьем зла, делать ее какой-то эталонной самодуршей-крепостницей? Некоторых его знакомых, кстати, это изумляло.

Но это ведь не просто грех Тургенева - знак времени. Некрасов создавал свои легенды об отце-сатрапе, мать обожествлял - но забыл о ней легко, а перед отцом покаялся. Так и с Тургеневым. Великая идея вроде как оправдывает человеческие слабости. Это, между прочим, грызло его самого - только куда уж было отступать. Шаг в сторону - всегда расстрел от литературных однопартийцев.

- Но мать не давала ему денег. А когда крестьянка Иванова родила от Тургенева дочку Пелагею, мать не дала ему жениться…

- Да и не собирался он жениться на белошвейке Авдотье Ивановой! Ни на ней, ни на других крестьянках - не одна Авдотья побывала в его, скажем так, сфере влияния. Еще легендарная история - в начале двадцатого века, к 90-летнему юбилею писателя, анонимный автор в одной из газет поведал душераздирающую историю про то, как юный Иван Сергеевич с ружьем наперевес отбил крепостную Лушу, которую злая маменька хотела продать - и якобы заведено было на него уголовное дело. Правда, никто этого дела увидеть не может: сгорело. Не собирался он жениться и на Феоктисте, которую купил за бешеные деньги (700 рублей) и прожил с ней семейно пару лет - пока не понял: не его это, не его. А что его? А то, что Феоктиста, между прочим, стала Фенечкой в «Отцах и детях». А из Луши выросла Лукерья - светлый образ в «Живых мощах».

- То есть он любил народ не на словах. Но все-таки говорят, что жестокая маменька ему отказывала в средствах.

- Тут куда ни повернись - одни легенды. Единственное, что она от него требовала с того дня, как отпустила на учебу в Германию, - минимального отчета в том, как он эти деньги тратит. Она была не ангел, не бедна - но деньги стали утекать безостановочно. На что он тратит? Он не отвечал упорно. Она просила то слезно, то злобно. Писала даже: хорошо, пришли список всех своих долгов, я все оплачу - и попытаемся хоть как-то упорядочить семейный бюджет. Потом все усложнилось: брат Николай женился на служанке матери, втайне от нее. Сам Иван завихрился с Виардо. Для матери это была трагедия ужасная, дети росли ведь росли в ее любви, - и вот осталась у нее последняя ниточка: они зависят от ее денег. По наивности, наверное, думала удержать. И в средствах - ограничила. Это в последние год-два.

- Ну и, естественно, считается, что Тургенев вывел мать в образе злобной барыни в произведении, которое в массовом сознании стало самым известным - «Муму».

- Да, собственно, с «Муму» и начинался миф о деспотичной самодурше-маменьке. Во-первых, в реальности герой «Муму» Герасим - был вовсе не Герасим, а Андрей. Действительно, глухонемой. Но барыню Варвару Петровну страшно любил, никуда от нее даже не думал уходить. Кстати, единственной собакой, которую Варвара Петровна позволяла в дом впускать, была собака сына Ванечки. А во-вторых, никто ведь и не думал вчитываться в повесть. Все повторяют: «барыня приказала утопить собачку». Барыню сделали символом деспотичной власти и крепостничества. Но в повести она топить собачку не приказывала! Ее обидело, конечно, что собачка не дала себя погладить. Но что потом? Собачка лаять ночами под окном. Что бы вы сделали с такой собачкой - или чего бы вы, проснувшись среди ночи, ей пожелали? Cтарая барыня, при всех ее капризах, всего лишь попросила своего дворецкого Гаврилу - сделать что-нибудь, чтоб под окном не лаяли. И это все, что она сказала! А что Гаврила? Утопить Муму - это его решение. С ним солидарны свита, дворня - все с наслаждением подумали: вот шанс поставить на место Герасима. Он же какой-то не такой. Он отдельный, сам по себе и никого не боится - этого серые гаврилы никогда не прощают. И единственной, кто потом хоть как-то вздохнул о Герасиме, - оказалась только барыня! В общем, куда страшнее барыни, выходит, - серые пауки-гаврилы. Барыня даже в самодурстве вся на ладони - серые свиты, окружения всегда сплетают сети, таятся, интригуют, строят партии, карьеры, копят зло… «Муму», как выясняется, не такое уж простое.

Замужняя певица Полина Виардо терпела подле себя Тургенева 38 лет, пользуясь его любовью и деньгами. Фото: ru.wikipedia.org

Замужняя певица Полина Виардо терпела подле себя Тургенева 38 лет, пользуясь его любовью и деньгами.Фото: ru.wikipedia.org

ПОЛИНА ДОЛГО СЧИТАЛА ЕГО ПЛОХОНЬКИМ, НО БОГАТЫМ ПОЭТОМ

- Все-таки главная женщина в жизни Тургенева - Полина Виардо. Отношения длились 38 лет. При этом у Виардо был муж Луи, а Тургенев был как бы сбоку припека. И совершенно непонятно, грубо говоря - было у него что-то с Виардо или не было, кроме платонической любви?

- Для точного ответа нужен человек со свечкой - а такого не было. В «Мемориале» Тургенева (где он отметил самые важные события молодости), есть запись: через пару лет после знакомства с Виардо, в 1845 году, - «Первый поцелуй». Еще через несколько лет, в 48-м - «Был с П.». Ну, видимо, с Полиной. И, видимо, «был» - в хорошем смысле.

Многие исследователи вычисляли, кто из детей Полины Виардо мог бы оказаться ребенком Тургенева. Думаю, если бы за это дело взялись Андрей Малахов и его соперники по различным современным телешоу, - все выяснилось бы куда быстрей. Давно бы эксгумировали всех и провели анализы ДНК - и были бы страшно довольны. Пока же, к счастью, руки до этого ни у кого не дошли. Будем мучиться дальше.

Скажу про другое. Любимицей Тургенева была Клоди - средняя дочь Полины Виардо (их у певицы было три, не считая сына). Боже мой, что за письма писал ей Тургенев! Нарисует себя поуродливей - и спрашивает: ну что, взяла бы такого в мужья? Сказки и мрачные истории рассказывал Клоди - игривые, со смелыми намеками. Надо сказать, Клоди отвечала взаимностью - никто из детей Виардо не относился к нему с такой нежностью. Не случайно именно Клоди - единственная из Виардо повезла гроб с умершим Тургеневым на похороны в Петербург. Cтаршая дочь Луиза вовсе назвала его в своих воспоминаниях «нахлебником» в их благородном семействе - это совершеннейшая чушь.

Отношения Тургенева с семейством Виардо - история запутанная не только в смысле его гипнотической очарованности женщиной, которая его никогда не любила. Это и сложная, запутанная история деловых, финансовых отношений. Всякий раз, когда Полина и ее муж Луи вдруг собирались где-то обживаться - немедленно начинали теребить Тургенева. Вроде советовались - может, и он построит что-то рядом? То в Баден-Бадене, то в Буживале. А дальше все запутывалось - от Тургенева вдруг требовалось страшно много денег. Он тут же начинал ругаться и менять управляющих в своем Спасском-Лутовинове - воруют, мол, денег на все аппетиты не хватает! Известно, кстати: в Буживале им оплачены и дом для Виардо, и домик для него самого. На его деньги куплена скрипка Страдивари для сына Поля. А Клоди он на свадьбу дал приданое не меньше, чем собственной дочери, - 150 тысяч франков…

- Полина при этом воспитывала его дочь от белошвейки Ивановой, Пелагею, которую во Франции переименовали в Полинетту.

- Он отправил дочь в Париж по совету Виардо. Они активно подбадривали Тургенева в борьбе с его матерью - и это тоже было вроде как «назло» Варваре Петровне. Несколько лет Полина терпела Пелагею, ставшую Полинеттой. От русского языка ее отвадили - она его забыла совершенно. А потом - Полина Виардо с ней разругалась и не пожелала более терпеть в своем доме. Тургенев снял ей квартиру, отдал в пансион, нанял гувернантку. Мучился между двух огней, разрывался. Наконец пристроил дочь замуж - только вздохнул, а у нее семья пошла наперекосяк. Виардо по-прежнему терпеть ее не могла: Полинетта перед Виардо, конечно, преклонялась - но недостаточно. Папа преклонялся сильнее. Некоторые письма Тургенева дочери приводят в ступор: он истерично вдруг, не выбирая слов, клянет ее за то, что она где-то как-то посмела намекнуть на Виардо. Потом спохватывался и писал теплее. Но в последние месяцы жизни, когда уже сам не мог писать, Виардо сообщили Полинетте, чтоб она их больше не беспокоила. Похоронить отца Полина тоже не смогла - и Виардо не пожелали, и от мужа пряталась с детьми.

Вообще мучительная смерть Тургенева и все происходившее вокруг - отдельная трагедия. Он скончался в августе 1883-го (по новому стилю - 3 сентября), а до этого, еще в апреле, Полина Виардо обратилась вдруг к российскому послу во Франции князю Орлову - Ивана Сергеевича необходимо признать сумасшедшим. У него видения, он называет Виардо леди Макбет, чем-то швырнул в нее… Но у него, замечу, все те же видения и кошмарные сны были рассыпаны в произведениях задолго до болезни. Он всю жизнь был - странный.

Рак позвоночника, разрушенные позвонки, французские светила почему-то так и не смогли найти. Диагнозы были нелепые, все что-то невралгическое. Года полтора он пролежал в мучениях. Лечили большей частью молоком и обещали: может быть, все само рассосется. Кстати, только русский врач Белоголовый заподозрил у него злокачественные образования… Так вот, про сумасшествие. Орлов не согласился признавать Тургенева выжившим из ума.

Но все-таки решили отыскать психиатра. За пару месяцев до смерти к нему приехала Надежда Скворцова, доктор-психиатр, ее подруга Наталья, дочка Герцена и приятель, князь Мещерский. Полина встретила их сообщением: Тургенев предложил ей руку и сердце - но она в сомнениях. Месяц назад скончался ее муж Луи Виардо. Гости удивились - и в чем-то заподозрили хозяйку…

- То есть она хотела унаследовать все его деньги?

- И это ей, как известно, удалось. Полина Виардо оказалась единственной наследницей Тургенева. Конечно, это не добавило любви к «бабе Виардихе» со стороны тургеневских поклонников в России - а уж их было немало. В какой-то момент она выговорила все художнику Боголюбову. В том смысле, что русские люди должны быть благодарны ей - потому что, если б не она… Во-первых, туманно объяснила, что у них с Тургеневым за десятилетия сложились сложные взаимные финансово-денежные обязательства, и еще вопрос, кто кому больше должен. А во-вторых - внимание - когда-то ей, примадонне, представили начинающего плохонького поэта (но состоятельного помещика). Он трепетал и поклонялся. Этаким странствующим рыцарем - настаивал на том, что она предмет его любовного служения. Ему хотелось трепетать - она ему позволила. Они писали длинные, умные, иногда ироничные и в меру теплые письма. Он из письма в письмо обращался к ней: «дорогая и добрая госпожа Виардо». Она звала его «Тургелем». Иногда «Турглином». Никаких безумств… Ну кто же мог себе представить, что пройдет совсем немного лет и все перевернется. Она окажется певицей с рано потерянным голосом. Ее муж Луи - очень средним литератором и умелым «продюсером». А Тургенев вдруг - живым классиком, писателем с именем европейским, мировым. Да и наследником небедным.

- Отношения между Тургеневым, Полиной и Луи Виардо чем-то напоминают отношения между Маяковским, Лилей и Осипом Бриками. Такая удивительная семья втроем.

- Наверное, не совсем точное сравнение. Хотя бы потому, что, скажем, Андрей Вознесенский слышал истории о «демонической» страсти Брик и Маяковского от самой Лили Юрьевны. Ничего подобного Полина Виардо не то что не испытывала, но и намека не было на безумства страсти к Ивану Сергеевичу. Все рационально и удобно. Классик мировой литературы выполнял любые ее поручения. Сбегать в аптеку. Сорваться, бросить все - и через пол-Европы к больному мальчику Полю, потому что его родителям некогда, у них гастроли. Или смотаться на курорт, чтоб подобрать подходящее местечко для отдыха Виардо (без него, конечно). Хотя как раз все эти «треугольники» для времен Тургенева были не такой уж редкостью. Тут была солидная теоретическая артподготовка. Теории эмансипации - предмет повсеместных споров с середины XIX века. Девушки отрезали косы. Чернышевский написал поэму о свободных отношениях - «Что делать». Писатель Слепцов собрал коммуну в одном доме - попробовали жить обобществленно и без эгоизма. Вышло не очень - но ведь были и последователи. В моду вошли и «фиктивные браки».

Да что там далеко идти - когда в семье Романовых у всех великих князей непременно были разные «многоугольники». А император Александр II, чтобы не бегать далеко, благополучно поселил свою возлюбленную Екатерину Долгорукую в Зимнем дворце над покоями царственной супруги Марии Александровны. Одна родила ему восьмерых, другая четверых.

Да тут куда ни посмотри - голова закружится. На виду у Тургенева, бок о бок - то семьи Герцена и поэта Гервега перетекали друг в друга, то с Огаревыми сложилась странная конфигурация. «Дворянские гнезда» распадались, миллионы по стране «внебрачных», «незаконнорожденных», «воспитанников» с видоизмененными фамилиями - были во всем происходящем, безусловно, явные причинно-следственные связи. Поэт Некрасов прожил 20 лет одной семьей с Авдотьей Панаевой и ее мужем. Но у самого Тургенева - свои загадки и давние семейные тайны, которые его с детства будоражили. Луи Виардо назвал тургеневскую повесть «Первая любовь» неприличной и безнравственной. Юный герой Тургенева, напомню, вздыхал о прекрасной Зинаиде, а потом застукал с ней отца. Притом не осудил - зауважал сильнее. И понял, что любовь - это когда тебя хлестнут плеткой, а ты целуешь руку бьющего. Тургенев рассказал историю своей юности - о себе и об отце, и о княжне Екатерине Шаховской. Судя по всему, тогда Тургенев все, что происходило в его семье, очень непросто… Так вот, Луи Виардо стал вписывать ему во французском издании повести моралистические абзацы. Тургенев проглотил - но во всех других изданиях приписки Виардо повыкидывал.

Миф, что злую барыню, повелевшую утопить Муму, автор списал с матери, Варвары Петровны, поддерживал сам Тургенев. Фото: ru.wikipedia.org

Миф, что злую барыню, повелевшую утопить Муму, автор списал с матери, Варвары Петровны, поддерживал сам Тургенев.Фото: ru.wikipedia.org

- У Виардо были другие мужчины, кроме Тургенева и законного мужа…

- Она ведь была «звезда» - и, очевидно, была обаятельна. Толпа великих музыкантов, композиторов - постоянно в ее кругу. От Вагнера она была без ума - пока не выяснила, что он «антисемит». Шарль Гуно намекал, что Клоди все-таки его дочь. Судя по письмам Виардо - ближе всех для нее был друг Луи, художник Ари Шеффер. А после его смерти - дирижер Юлиус Риц. Дело не в перечне имен. Вот в этих письмах Виардо - теряет равнвесие, тут бешеные страсти, тут она пишет, как едва не покончила с собой. Ничем таким с Тургеневым у нее и не пахнет. Там менуэты, рондо, полонезы. Высокие отношения.

Хотя Тургенев и рассказывал приятелям о своих немыслимых фантазих - чего он только не воображал про себя с Полиной Виардо. Расскажет, вдохновится - и скорей писать, писать, писать.

ДЕПРЕССИЮ ОН ЛЕЧИЛ С ПОМОЩЬЮ КОЛПАКА ИЗ ШТОРЫ

- Тургенев, судя по всему, был гораздо более сложно устроен, чем кажется. Более депрессивным, нервным, временами мрачным…

- Вполне голливудский сюжет про то, как психологические травмы детства преследуют героев всю жизнь. Вот это, кажется, и про Тургенева. Навязчивые образы, воспоминания из юности преследуют его до последнего дня. Его «таинственные повести» - сплошная готика, сплошные стуки, шепоты, призраки, зеленые человечки с орешками, исполинские насекомые… Ну что, казалось бы, волнует человека уже немощного, перед самой смертью? Он торопится продиктовать «Пожар на море» - очерк о том, как он впервые, в 19 лет, самостоятельно отправился в Германию - а пароход загорелся и утонул. Спаслись ну просто чудом.

- И, по легенде, Тургенев закричал: «Спасите меня, я единственный сын у матери!»

- Да, и пытался подкупить матросов, чтобы те его спасли в обход остальных… Жуткий стыд за это преследовал всю жизнь. Не единственный, наверное, его грех. Но просто пожирал его. Что может беспоить умирающего? Наверное, что-то очень важное, что-то главное. А Тургенев вдруг торопиnся что-то объяснить, что-то сказать - о том, что было-то сто лет назад, давным давно. С Тургеневым кругом - одни загадки.

- А если говорить об эксцентрике?

- Мрачные мысли вечно в голове - но при этом с детства он невероятно любил дурачиться, устраивать представления - например, мимикой и жестами изображать гром и молнию. Как-то пришел к Герценам, решил развеселить дам, вскочил на подоконник - а в нем 192 сантиметра - и принялся кукарекать. Дамы были смущены: «Вы такой длинный, Тургенев, вы нам тут все переломаете!» Как он лечил свои депрессии? Рассказывал он так. Сорвал однажды штору, скрутил из нее двухметровый колпак, нацепил на голову и несколько часов простоял в колпаке, уткнувшись носом в угол. Уверял, что беспокойство как рукой сняло.

Или однажды в обществе сидел угрюмо, весь в себе, потом вдруг поднял голову и невпопад: «А вы видели, как в ведре воды в солнечный день бегают маленькие паучки?» Какие паучки, к чему, о чем это он? Все были озадачены - он, напротив, оживился.

В последний свой приезд к Толстому - семнадцать лет не разговаривали - бросился вдруг плясать канкан. Утром дочь Льва Николаевича застала Толстого с Тургеневым на качелях: они поочередно прыгали и следили, как другой при этом подлетает вверх. Сосредоточенно, с каким-то им понятным смыслом прыгали. Потом сидели за столом, Тургенев ни с того ни с сего: «А поднимите руки - кто боится смерти?» И тут же поднял руку сам. Вторым поднял Толстой. Может, конечно, просто, чтоб уважить гостя. Но все задумались.

Главное, что при всех этих странностях, при всех загадках - стоило приблизиться к Тургеневу, очутиться на его орбите, - все начинали вдруг его любить. Нечеловеческое, говорят, в нем было обаяние. И если нам, его не знавшим, не всегда легко его понять, - то это надо лишь считать еще одной из неразгаданных загадок великого писателя.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Тургенев 40 лет нес тяжкий крест любви к Полине Виардо. И умер у нее на руках

Их странный роман до сих пор остается одной из главных загадок мировой литературы. «Мое чувство к ней является чем-то, чего мир никогда не знал, чем-то, что никогда не существовало и что никогда не сможет повториться, - признавался сам писатель на склоне лет.- С той самой минуты, как я увидел ее в первый раз, - с той роковой минуты я принадлежал ей весь, вот как собака принадлежит своему хозяину… Я уже не мог жить нигде, где она не жила; я оторвался разом от всего мне дорогого, от самой родины, пустился вслед за этой женщиной… В немецких сказках рыцари часто впадают в подобное оцепенение. Я не мог отвести взора от черт ее лица, не мог наслушаться ее речей, налюбоваться каждым ее движением; я, право, и дышал-то вслед за ней.» (подробности)

Подпишитесь на новости:

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, и не пропускайте материалы, которые пишет Дарья ЗАВГОРОДНЯЯ

 
Читайте также