2019-06-03T11:27:10+03:00

ЕГЭ: Экзамен строгого режима

Корреспонденты «Комсомолки» поспорили, не выходят ли меры безопасности на Едином госэкзамене за рамки здравого смысла
Поделиться:
Комментарии: comments37
При входе на пункт сдачи ЕГЭ каждого школьника сканируют - не проносит ли чего-то запрещенного. Как в аэропорту, могут попросить снять обувь и проверят туфли.При входе на пункт сдачи ЕГЭ каждого школьника сканируют - не проносит ли чего-то запрещенного. Как в аэропорту, могут попросить снять обувь и проверят туфли.Фото: Олег УКЛАДОВ
Изменить размер текста:

ПРОТИВ

Презумпция невиновности…Не слышали!

Павел КЛОКОВ

Как же мне жаль современных школьников, которые сдают сейчас ЕГЭ. Сколько безнадеги и страха в их юных глазах.

Телевизионные сюжеты пестрят похожими картинками. Перед классом толпятся выпускники. А на входе стоит охранник в форме, очень похожий на вертухая из тобольской крытки. И шурует вот этим прибором, который умеет находить смартфоны и прочие гаджеты. К нему подходит хрупкое несовершеннолетнее создание в платьице и поднимает руки, как Промокашка перед Жегловым. Такое ощущение, что, если в ее чулочке найдут телефон, из-за угла как по щелчку выбежит отряд мобильного особого назначения. В бронежилетах. С собаками и автоматами.

Мне вспоминаются смутные, но удивительные времена, когда мой класс сдавал экзамены. У нас от шпаргалок карманы топорщились, как от бутылок портвейна объемом ноль семь. Практически все части тела были исписаны мелким и кривым почерком. Пожалуй, кроме лица... Туалет - это был штаб, в котором встречались все двоечники (не знаю, как сейчас, но нам во время экзамена разрешали выходить из класса). Однокашник жил в ста метрах от школы и мог спокойно зайти домой, перечитать нужный параграф и даже кофейку хлебнуть. В общем, почти анархия. Никаким видеонаблюдением в то время даже не пахло. Пока учительница писала что-нибудь на доске, можно было встать, подкрасться к Аньке Клименковой (знавшей уже тогда больше, чем Вассерман сейчас) и подсмотреть ответ. Или решение. Как говорил Коровьев Никанор Иванычу: «Кто видит-то?!»

Наши мудрые педагоги, наоборот, делали все для того, чтобы мы все сдали с первого раза. Оставлять на второй год никого не собирались. Даже Артура, который прогуливал школу четвертями. Осенью ходит, зимой пропускает. Добрейший малый, кстати.

И ничего. Выросли как-то. Отучились. Людьми стали.

Сын коллеги на днях сдавал устный английский на ОГЭ - то есть на Основном госэкзамене после 9-го класса. Говорит, ничего, что пришлось проходить через три рамки. Ничего даже, что каждый кордон заставлял снимать и демонстрировать обыкновенные часы, как будто это что-то криминальное. Даже камера, которую уставили ученику в лицо, не очень его покоробила. А вот когда с двух сторон к парте подошли две учительницы и, сложив руки на животах, неодобрительно уставились и смотрели так все время подготовки...

«Мам, я чувствовал себя малолетним преступником! Было очень сложно сосредоточиться и отключиться от этого негатива. А девочки впечатлительные вообще перенервничали», - делился впечатлениями подросток.

И правда. Судя по телевизионной картинке, ЕГЭ по всей стране сдают малолетние преступники. Презумпция невиновности? Нет, не слышали...

ЗА

Зато у предвзятости нет шанса

Ярослав КОРОБАТОВ

Даже в нашем расколовшемся на части обществе найдется не так много вещей, которые возбуждают в людях такое раздражение, как Единый государственный экзамен. У многих почему-то сформировалось стойкое убеждение, что с его помощью можно вызывать дьявола. Поэтому высказываться за экзамен - это все равно что защищать Чубайса и его приватизацию. То есть дело совершенно неблагодарное. Но, как и у луны, у ЕГЭ есть светлая сторона. К этому убеждению я пришел на основании своего скромного опыта: старший у меня осваивал ЕГЭ одним из первых, младший сейчас сдает ОГЭ по итогам 9-го класса.

Для старшего ЕГЭ стало настоящим спасением. Шансов сдать экзамены выше, чем на тройку, у него не было. Эта истина во всей ее простоте открылась мне, когда нас с женой стали вызывать к завучу на регулярной основе. То наше чадо дало кому-то в глаз, то бросало со второго этажа школы презервативы, наполненные водой, то разгуливало по учебному учреждению босиком, потому что у него не было второй обуви... И хотя фингал он поставил за дело, при метании водяных бомб ни одно живое существо не пострадало, а прогулки босиком не являются общественно опасным деянием, мы точно знали, что человек, который выбесил педагогический коллектив, должен понимать, что возмездие не за горами. И оценки, которые он получал в течение года, только укрепляли нас в этом убеждении.

Но тут случился ЕГЭ и мир в буквальном смысле слова перевернулся. Наш «хулиган» неожиданно набрал одни из самых высоких баллов в школе, а фавориты сдали хуже своего обычного уровня. И дело не в том, что кто-то «угадал» ответы, а кто-то нет (тестовые задания из экзамена убрали). Просто традиционная экзаменационная система - когда уровень знаний выпускника оценивает преподаватель - основывается на репутации школьника. Понятно, что волей-неволей примерные ребята получали при этом дополнительные бонусы, ну а возмутители спокойствия оплачивали старые счета. Даже если они перед экзаменом добросовестно грызли гранит науки и занимались дополнительно (как было в нашем случае), хороший ответ расценили бы по разряду «удалось списать».

ЕГЭ убрал из экзамена пресловутый человеческий фактор. Теперь личность сдающего и проверяющего не имеет значения. Как и личность родителя, а среди нас, что греха таить, всегда находятся желающие «договориться». Имеет значение только то, что в голове у школьника. Может быть, я пристрастен, но мне кажется, что объективности в оценке знаний стало на порядок больше.

Понятно, что у ЕГЭ есть свои минусы. Это такой бюрократический жанр, где большую роль играют формальности, которыми дети в силу своей природы пренебрегают.

Например, мой младший на ОГЭ по русскому, зная правильный ответ, по рассеянности вписал не тот номер, и на пятерку теперь сложно рассчитывать. Обидно! Но идеальной экзаменационной системы не существует. Выбирать приходится меньшее из двух зол.

А переживать по поводу того, что ЕГЭ губительно действует на хрупкую нервную систему детей... Расскажите им, что мы в свое время после выпускных экзаменов вынуждены были готовиться еще и к вступительным в вузе. И все лето было коту под хвост. Думаю, перспектива вернуться к такой практике будет действовать им на нервы гораздо больше.

ТРЕТЬЕ МНЕНИЕ

Оставьте право на ошибку

Андрей ДЯТЛОВ

Можно много говорить о чистоте ЕГЭ, о том, что ученик наконец опирается на свои знания в чистом виде.

Но мне как школьнику советскому (образца 1977 года выпуска) на экзаменах было важно то, что учителя, принимавшие их, давали мне шанс на ошибку. И если что-то я не так ответил, а потом, сообразив, ответил правильно - они принимали. Потому что видели: раз я сам поправил свой ответ на верный, значит, знаю.

А в этой игре на листках ЕГЭ в крестики-нолики исправить во время экзамена ничего невозможно. Заполнил - сдал. Сочтут за ошибку, и ответ не примут.

У учителей нашего детства был другой принцип: в разговоре с нами, дрожащими на экзаменах, все-таки понять, что именно мы усвоили. И главное - они нас знали многие годы и могли отличить даже без экзамена тупого от знающего, но разволновавшегося. Стресс есть стресс - что в советской школе, что на нынешнем ЕГЭ.

По-моему, это глупо - учить ребенка с детства тому, что у него нет шансов на ошибку.

На ЕГЭ, конечно, учатся. Но и на ошибках - учатся еще вернее и больше.

Подпишитесь на новости:

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также