2019-10-03T11:51:38+03:00

Три пермских «хиросимы». Как в Пермском крае взрывали ядерные бомбы

«Мирные» атомные взрывы прозвучали в Прикамье ровно полвека назад [видео, аудио]
Поделиться:
Комментарии: comments7
После взрыва в Чердынском районе очевидцы засняли ядерный "гриб". Фото из архива агентства "Стиль-МГ"После взрыва в Чердынском районе очевидцы засняли ядерный "гриб". Фото из архива агентства "Стиль-МГ"
Изменить размер текста:

Сейчас словосочетание «мирный атом» воспринимается как «горячий лед» или «мягкий камень». Но полвека назад эти слова официально звучали с высоких трибун и воспринимались как руководство к действию.

С помощью атомной энергии надеялись прокладывать каналы и увеличивать добычу нефти. Всего с 1965 по 1988 годы в Советском Союзе в рамках программы «Ядерные взрывы для народного хозяйства» произвели 124 взрыва. Зачастую их мощность превышала мощность бомбы, сброшенной на Хиросиму (она равнялась 14 килотоннам тротила).

В Пермском крае такими «хиросимами» стали три места: Оса, северо-восток Чердынского района и Гежское месторождение в Красновишерском районе.

Оса. Проект «Грифон»

Первые два взрыва произошли в сентябре 1969 года под Осой – в семи километрах от окраины города. С их помощью нефтяники надеялись резко увеличить добычу. Проект назвали «Грифон». Взрывы были подземными, на глубине более километра. А мощность каждого из них в тротиловом эквиваленте составляла 7,6 килотонн – суммарно, как в Хиросиме.

Первый заряд был взорван 2 сентября. О нем жителей заранее не предупредили. Поэтому, когда произошел взрыв, и землю основательно тряхнуло, многие подумали, что началось землетрясение.

- Я почувствовал такой удар, словно колотушкой по ногам стукнуло, нас всех просто подбросило над землей, - вспоминает Евгений Гординский, работавший в те годы главным инженером НГДУ «Осинскнефть». Во время взрыва он находился на командном пункте, метрах в 300 от эпицентра. – А в окрестных деревнях в домах вылетели все стекла и рассыпались печки.

Потом весь кирпич, который производили в Пермской области, отправили в Осинский район, чтобы класть новые печи. Туда же собрали печников со всей области.

Ко второму взрыву, назначенному на 9 сентября, уже подготовились: заклеили стекла бумагой, как во время войны, а детей из детсадов и школ вывели на открытые площадки.

Анна Гординская тогда работала в Осинской школе.

- Помню, нас предупредили о готовящемся взрыве, - говорит она. - Мы вышли с детьми на стадион, чтобы оказаться подальше от зданий, которые могли случайно разрушиться. Земля немного тряслась. Но сильных разрушений не было.

Несмотря на взрывы, чуда не случилось. Нефть рекой не полилась. Спустя семь лет в Осинском месторождении начали бурить новые скважины – практически в пяти метрах от места взрывов. К счастью, остановились вовремя.

«Среди пермских нефтяников весьма популярна версия о том, что продолжение бурения могло вызвать выход на поверхность критической массы радиоактивных веществ, и население Осы пришлось бы срочно эвакуировать», - писала впоследствии корпоративная газета «Нефтянка».

Но, несмотря на низкую отдачу от взрывов, опыт повторили в 80-х годах на Гежском месторождении в Красновишерском районе.

От взрывов работы для нефтяных качалок не прибавилось. Фото: РАСЮК Татьяна Витальевна

От взрывов работы для нефтяных качалок не прибавилось.Фото: РАСЮК Татьяна Витальевна

Красновишерский район. Проект «Гелий»

На этот раз для ядерных взрывов выбрали более безлюдную местность. Поселок Геж в Красновишерском районе был создан лесозаготовителями. Но к тому времени, как там открыли нефть, он уже был заброшен. Ближайшая к месторождению деревня Яборово находилась в 20 километрах от нефтяных скважин.

И в 1981–1987 годах в рамках проекта «Гелий» на Гежском месторождении произвели пять подземных ядерных взрывов - каждый из боезарядов был мощностью в 3,2 килотонны. Кстати, первый взрыв состоялся 2 сентября 1981 года - ровно через 13 лет после Осинского.

В те годы Евгений Гачегов работал водителем первого секретаря Красновишерского райкома.

- О том, что нефтяники будут взрывать в Геже, всем в Красновишерске было известно, - вспоминает он. - Машины приходили военные - без номеров, с тентами, груженые чем-то. Вот чем – никто не знал.

И о том, что заряды будут атомные, никому не сообщали. Именно поэтому руководство района бесстрашно отправилось «посмотреть на взрыв».

- Когда я секретаря привез туда, он ушел со всем начальством, а нас, водителей, заставили все машины поставить в ряд и выйти из них, - рассказывает Евгений Гачегов. - По репродуктору прозвучало: «Минутная готовность», - потом начался отсчет: 1, … 8, 9, 10 – и бах! Земля как содрогнется. Там умывальники в ряд висели солдатские, они аж слетели наземь. Под ногами по земле дрожь пошла. Ну, постояли, переждали. Через час опять: «Минутная готовность», - и еще взрыв.

Последние взрывы на Гежском месторождении произошли в апреле 1987 года – спустя год после Чернобыля.

- Говорят, те взрывы прошли неудачно, - говорит Евгений Гачегов. - Но это уже по слухам. Вроде один заряд не взорвался, специалисты приезжали из Уфы, что-то демонтировали.

Гежская «хиросима» также оказалась неудачной. Как говорят в «Лукойле», интенсивность добычи на Геже всегда была очень низкой - за все годы эксплуатации из запасов месторождения смогли добыть всего около 4 процентов нефти.

Зато изменения в природе, вызванные ядерными взрывами, заметны до сих пор. Ручей, протекавший рядом с деревней Яборово, после тех взрывов пропал, ушел под землю. Рыба в местных речках заметно подросла. А в лесах стали расти огромные грибы.

- В тех местах еще и лесной малины много - крупной, размером с садовую клубнику, - рассказывает Евгений Гачегов. - Люди ходят, собирают ягоды и грибы. И рыбачить тоже ездят - там неподалеку речка Геж. Рыбы там много, крупной. Правда, всякие уродцы попадаются, к примеру, с одним глазом…

- И не боятся собирать?

- Чего бояться-то? Раньше бояться надо было. Не афишировали ведь, что радиация. Если бы я знал, что там будет радиация, я бы туда в жизни не поехал. И секретари райкома оба туда ездили, возил я и первого, и второго. Правда, оба уже умерли.

Чердынский район. Проект «Тайга»

Ядерный взрыв в Пермском крае.Виодеофильм о ядерном взрыве, произведенном на севере Пермской области.

После взрыва в Чердынском районе очевидцы засняли ядерный "гриб". Фото из архива агентства "Стиль-МГ"

После взрыва в Чердынском районе очевидцы засняли ядерный "гриб". Фото из архива агентства "Стиль-МГ"

Еще несколько атомных взрывов произошли под Чердынью в рамках проекта «Тайга». Эта безумная идея подразумевала переброс воды из северных рек на юг. Планировалось восполнить запасы мелеющего Каспийского моря за счет воды из Печоры. Для этого организаторы собирались пробить канал от Печору до Камы с помощью 200 направленных ядерных взрывов. Изыскательские работы в прикамской тайге шли с 1963 года. И вот в марте 1971 года на глубине всего 128 метров были заложены первые три заряда мощностью по 15 килотонн. Эти взрывы были пробными – они должны были показать, насколько перспективны дальнейшие работы.

- Через год стало понятно, что в болотистой почве воронка, образовавшаяся после взрыва, заполняется водой, и строить в таких условиях нельзя, - рассказывает пермский издатель Олег Андрияшкин, который тогда был заместителем главного редактора областной газеты «Молодая гвардия». - На этом проект и был похоронен. На память о нем нам осталось озеро, которое называют Ядерным.

"Земля уходила из под ног", - очевидцы вспоминают ядерные взрывы в Прикамье

00:00
00:00
Кратер, оставшийся после взрыва под Ныробом. Фото: агентство "Стиль-МГ"

Кратер, оставшийся после взрыва под Ныробом. Фото: агентство "Стиль-МГ"

В 1990-х годах, когда гриф секретности был снят со многих тем, журналисты «Молодой гвардии» провели расследование взрывов в Чердынском районе. Поводом стало письмо от сотрудников ГУФСИН, которые были обеспокоены экологической обстановкой в районе их колонии.

Журналисты отправились в экспедицию. Замерили дозиметрами радиационный фон. На поверхности он был выше, чем в Перми, но находился в допустимых пределах. А в глубине выброшенного грунта уровень излучения был более высоким.

- Местные жители – очевидцы взрыва - говорили, что это было страшно, - говорит Олег Андрияшкин. - В деревне Семисосенка, находившейся в десятках километров от места взрыва, деревянные тротуары буквально ходили волнами. Стекла повыбивало даже в Ныробе. И в небо поднялся «гриб».

Законсервированные неиспользованные скважины под ядерные заряды для проекта "Тайга". Фото: (с) агентство "Стиль-МГ"

Законсервированные неиспользованные скважины под ядерные заряды для проекта "Тайга". Фото: (с) агентство "Стиль-МГ"

Вернувшись, Олег Андрияшкин встречался с разными экспертами, в том числе со старшим научным сотрудником института ВНИИпромтехнологии Виктором Ахуновым, одним из организаторов и руководителей проекта «Тайга». Он и поделился с журналистами отчетом о проекте «Тайга», подготовленном в НИИ.

Вот несколько выдержек оттуда: «Хотя доза гамма-излучения быстро уменьшилась, к настоящему времени обстановку определяют долгоживущие радионуклиды... Уровни излучения будут существовать длительное время».

«В некоторых точках зафиксирован уровень излучения 1000-1400 микроренттен в час. Плотность заражения местности достигает 150 бета-частиц/мин. на кв. см. В ягодах, собранных на гребне навала, присутствует тритий до 1000 Бк/кг».

Последствия

В ответ на публикацию пришло письмо одного из очевидцев проекта «Тайга» Николая Чумак-Жунь.

«... Я проходил службу в поселке Бубыл Чердынского района. Он находится в 8-9 км от поселка Ныроб и примерно в ста километрах от злосчастного взрыва.... Через два года моя жена, тридцатилетняя здоровая женщина, в то время директор школы, начала замечать слабость у детей. У них изменился цвет лица, они жаловались на болезни живота и печени, плохой аппетит…. Жена стала терять вес, исчез аппетит, исчез на лице румянец. Затем появились анемия, заболевания поджелудочной железы, желудочно-кишечного тракта. Одним словом, к молодой, недавно здоровой, хорошо подготовленной в спортивном отношении женщине прицепился целый букет серьезных заболеваний».

А завлабораторией ПермНИПИнефть Геннадий Михайлов опубликовал в экологической газете «Луч» статью, где было написано:

«...В 1992 году сотрудники Института экологии и генетики микроорганизмов Российской академии наук провели выборочное медицинское обследование 59 работников Осинского нефтепромысла. У них обнаружены нарушения в кроветворной системе, цитогенетические изменения и снижение иммунного статуса...».

С момента первого ядерного взрыва в Прикамье прошло 50 лет. В Осинском районе в конце минувшего века создали забетонированный со всех сторон полигон захоронения радиоактивного грунта. Сейчас там радиационный фон в пределах нормы. А на севере Пермского края снижением уровня радиации занимается только природа.

И напоследок – несколько цифр из официального отчета Пермьстата.

Число людей с впервые зарегистрированными злокачественными новообразованиями в Пермском крае: в 2011 году – 8994, в 2013 году – 9045, в 2015 – 9940, в 2017 – 9911.

Ядерный взрыв в Пермском крае.Виодеофильм о ядерном взрыве, произведенном на севере Пермской области.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также