2020-05-07T15:21:17+03:00

Законы есть и на войне. Как вершилось правосудие в отношении советских и польских граждан, подозреваемых в военных преступлениях

Рассекречена часть документов рязанского фильтрационного лагеря №178
Поделиться:
Комментарии: comments1
Спецлагерь 178-454, общий вид.Спецлагерь 178-454, общий вид.
Изменить размер текста:

Нынешний юбилей Великой Победы, конечно, большинству россиян представлялся не таким…

Из-за пандемии остановились привычные жизненные ритмы, отменены или перенесены на неопределенный срок многие мероприятия. Однако в этой борьбе за наше здоровье и жизни мы все равно не имеем права забывать о священном долге - хранить память о героях и сражениях Великой Отечественной войны.

По инициативе «Комсомольской правды», активно восстанавливающей хронологию и детали событий 1941-1945 годов в Рязанской области, в канун 75-летия Великой Победы были рассекречены некоторые документы, касающиеся спецлагеря НКВД №178.

Известно, что в лагере содержались не только военнопленные немцы и их союзники, но также проходили фильтрацию интернированные поляки и красноармейцы.

Рассекречено.

Рассекречено.

ОСУЖДЕНЫ 47 ИЗ 2627

Спецлагерь НКВД №178 (он же 178-454) в 1942-1949 годах располагался на территории нынешнего поселка Приокского (Рязань). До апреля 1944 года в его состав входили отделения в поселке Ворошиловка и в районе села Дягилева. Затем добавилось отделение при заводе «Рязсельмаш». Довольно большая глава истории этого исправительного учреждения посвящена интернированным полякам… Поясним, что интернированные лица - это люди, подвергнутые особому режиму ограничения свободы до выяснения всех обстоятельств, связанных с пребыванием на оккупированной территории.

Нужно признать, что мы не первые касаемся этой темы. Еще в 2011 году известный рязанский правозащитник Андрей Блинушов в своей книге «Политические репрессии в Рязани» приводит некоторые сведения о «рязанских» поляках, в том числе называя общие цифры. Так за 1944-1947 годы в фильтрационном рязанском лагере № 178-454 побывали 2627 поляков и польских граждан, в том числе 48 женщин и трое детей. По результатам проверок в 1945-1947 годах были арестованы 82 человека, 47 из них осуждены на различные сроки, четверо (боевики «Армии Крайовой», чья вина в массовых убийствах партизан и мирных граждан была полностью доказана - Ред.) приговорены к расстрелу. Еще 34 польских гражданина умерли во время содержания в учреждении.

Но за общими цифрами не всегда понятна реальная картина. Сегодня некоторые западные и прозападные историки рисуют советские фильтрационные лагеря копиями нацистских лагерей смерти, а существовавшую в те годы судебную систему называют простой формальностью. Что ж, давайте разбираться…

10 ЛЕТ ДЛЯ УБИЙЦЫ

Перед нами - уголовное дело интернированных из Польши граждан З. (1910 г. р., поляк) и О. (1916 г. р., поляк).

Они признали себя виновными в том, что, работая в немецкой жандармерии города Высоке-Мазовецке (Польша), активно участвовали в выявлении и аресте лиц, настроенных против немцев, производили облавы по задержанию партизан, принимали участие в расстрелах польских граждан, укрывавших партизан и оказывавших им содействие.

Читаем строки из документов:

«Летом 1943 года З. и О. совместно с немецкими жандармами выезжали на облаву в лес возле деревни Мазури, где ими был задержан один партизан и расстрелян».

«В апреле 1944 года в деревне Яблонки были арестованы пять польских граждан за укрытие партизан и оказание им помощи. В этом же месяце по распоряжению шефа жандармерии З. с товарищем отвезли арестованных в лес, где они были расстреляны немецкими жандармами».

«В июне 1944 года З. совместно с немецкими жандармами производил аресты в городе Высоке-Мазовецке, где им было арестовано девять человек, в том числе женщина».

Казалось бы, за военные преступления обоих поляков должны были приговорить к расстрелу, но нет. Постановлением Особого Совещания при НКВД СССР от 28 августа 1945 года они осуждены по статье 58-3 УК РСФСР и части второй Указа Президиума Верховного Совета СССР (от 19 сентября 1943 года) и приговорены к лишению свободы сроком на 10 лет каждый с отбыванием наказания в исправительно-трудовом лагере.

Или вот другой случай. На скамье подсудимых в Рязани оказался сержант Польской армии, поляк и гражданин СССР Т. (1917 г. р.). Во время оккупации немецкими войсками Белостокской области (тогда Белорусская ССР, сегодня большая территории области в составе Польши) 2 июля 1941 года добровольно поступил на службу в немецкую жандармерию в качестве шуцмана (члена охранной команды) и коменданта полиции.

Далее дословно:

«В апреле 1942 года Т. с тремя жандармами и полицейскими в деревне Ласосна задержали и арестовали советского военнопленного. При конвоировании в жандармерию Т. тяжело ранил солдата, от чего тот вскоре скончался».

«13 марта 1943 года Т. вместе с другими полицейскими и жандармами в деревне Архимовцы арестовали четырех польских граждан за то, что у них было обнаружено огнестрельное оружие - русская винтовка и пистолет системы Парабеллум. Все четверо расстреляны…».

Т. постановлением Особого Совещания при НКВД СССР от 26 декабря 1945 года осужден по статье 58-1а УК РСФСР и приговорен к десяти годам исправительно-трудовых лагерей.

В какой-то момент начало складываться ощущение, что судебная инстанция проявляла излишнюю лояльность к польским гражданам при вынесении приговора. Казалось, подтверждением этой версии сможет служить следующее уголовное дело - на этот раз в отношении рязанской женщины.

ИСТОРИЯ ИЗ ОЧЕРКА СИМОНОВА

В 1883 году в селе Казинка Скопинского уезда родилась Аграфена Звонарева. После Первой Мировой войны она вышла замуж во второй раз за австрийца Рудольфа Бека, оказавшегося в советской России. Супруги проживали в том самом селе Казинка, которое согласно новому административно-территориальному делению относилось к Горловскому району Рязанской области.

Историю о расстрелянной супруге австрийца-предателя в селе Казинка первый раз мы услышали из уст Прасковьи Матвеевны Бариновой (1939 г. р.).

Историю о расстрелянной супруге австрийца-предателя в селе Казинка первый раз мы услышали из уст Прасковьи Матвеевны Бариновой (1939 г. р.).

Во время оккупации района немцами в конце сорок первого года Рудольф Бек поступил на службу к захватчикам - передавал разведданные немецкому руководству, выдал троих активистов села, а во время отступления бросил супругу и убежал вместе с оккупантами.

Аграфену арестовали. Она обвинялась в том, что оказывала содействие в размещении немецких захватчиков, а также по заданию мужа выясняла расположение частей Красной армии и партизанских отрядов. Приговор Аграфене Дмитриевне Бек-Звонаревой от 30 сентября 1942 года был однозначен… Высшая мера наказания… Расстрел и конфискация имущества…

В октябре 2018 года мы рассказывали эту историю со слов местных жителей, а теперь вот нашли и документальное подтверждение. Интересна она тем, что писатель и военкор Константин Симонов, узнав о личности австрийца-предателя во время пребывания на Рязанской земле, включил героя (точнее антигероя) в свой очерк «Дорога на Запад», посвященный успешному контрнаступлению под Москвой.

Позже, пообщавшись с коллегами-историками и специалистами в области военного права, отношение к делу Бек-Звонаревой несколько изменилось. Как бы это ни казалось жутко, но суровый вердикт был основан на букве закона военного времени - Ст. 193.22 УК РСФСР - «Самовольное оставление поля сражения во время боя, сдача в плен, не вызывавшаяся боевой обстановкой, или отказ во время боя действовать оружием, а равно переход на сторону неприятеля, влекут за собой высшую меру социальной защиты с конфискацией имущества».

После окончания войны изменились и законы, и общая установка в отношении советских и иностранных граждан, сотрудничавших с нацистами. «Расстрельные» приговоры стали составлять доли процента - только в отношении лиц, чье добровольное участие в совершении жестоких военных преступлений было безусловно доказано.

P. S. В конце 1990-х и начале нулевых уголовные дела в отношении всех упомянутых в статье граждан проверялись прокуратурой Рязанской области. Все они были признаны обоснованно привлеченными к уголовной ответственности и не подлежащими реабилитации.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ

1941: «Комсомолка» отыскала в рязанском селе предателя-австрийца из очерка Константина Симонова

Оказалось, отрицательный персонаж был списан военкором с вполне конкретного человека (подробности).

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «75 лет Победы: Правда без срока давности»

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также